А ты кто такой? Давай, залогинься

А ты кто такой? Давай, залогинься

Украинские власти берут пример с американских и тоже хотят получать информацию о пользователях, собранную интернет-компаниями. Кто бы сомневался.

По информации журналиста «Украинской правды» Сергея Лещенко, ссылающегося на топ-менеджера Google Эрика Шмидта, с этой целью в украинский офис интернет-гиганта обращались представители госструктур. Правда, предоставить информацию о пользователях им отказались. На этот раз. Интересно, станут ли в «корпорации добра» сговорчивей в случае изъятия серверов, как случилось недавно с Вконтакте?

Кстати, господин Шмидт привел неточную информацию о работе сервисов своей компании. Цитата: «Google хранит информацию о вашем поиске от 12 до 18 месяцев после того, как вы его сделали. Он не сохраняет информацию 5 лет». Однако, зайдя на history.google.com, я смог просмотреть информацию по своим поисковым запросам начиная с 2010 года, со времени создания аккаунта. То есть гораздо больше, чем названные 18 месяцев.

Примечательно, что недавние разоблачения Эдварда Сноудена, доказавшие, что анонимности и конфиденциальности в интернете практически не существует, не слишком обеспокоили украинских пользователей. Хотя кто-то из наших сограждан все-таки написал жалобу, требуя разобраться с глобальным интернет-произволом. Отреагировала Госслужба по защите персональных данных, направившая предписание в украинский офис Google, чтобы там лучше уведомляли пользователей, как именно собираются манипулировать их данными. Чтобы отвязаться, «гуглерам» будет достаточно добавить абзац текста в пользовательское соглашение. Мол, согласны, осознаем, подписываем в твердом уме и крепкой памяти. По большому счету, подобные тексты все равно мало кто читает, просто ставя галочку. Проверить, кто и для чего потом будет использовать данные, не представляется возможным. Как объяснили в офисе компании, сведения об украинских пользователях Gmail, Google+, Youtube и других сервисов собирает и хранит головное подразделение Google, зарегистрированное в США. Нашим госслужбам недоступное.

Основная же масса комментариев на тему интернет-слежки ограничивается двумя фразами: «и так знаю, что следят» и «мне нечего скрывать». Да, что следят — не новость, просто получено очередное подтверждение. Когда-то вскрывали письма и прослушивали телефон. Теперь американское АНБ с помощью PRISM изучает пользователей Google, Facebook и Microsoft. В России считают социальные сети оружием в кибервойне, создают специализированные системы для их мониторинга и распространения общественного мнения. По словам лидера Интернет-партии Украины Дмитрия Голубова, следит за отечественными пользователями и СБУ. Тем не менее, бурно развивающиеся технологии и тренды в среде интернет-сообщества дают возможность следить более продуктивно и сделать слежку тотальной. Так, Google объединяет в единую базу информацию о пользователях различных своих сервисов, так что данные о контактах, интересах, передвижениях человека можно узнать из одного источника. Очень удобно. Такие же беспрецедентные объемы информации о своих пользователях хранит Facebook, который совершенно легально может передавать данные третьим лицам — это оговорено в пользовательском соглашении. Добавьте к этому увеличивающееся количество камер на улицах и в общественных местах, разного рода видеорегистраторы, а в скором будущем и носимые компьютеры типа Google Glass.

Трендом последних лет является и отказ от анонимности, где-то добровольный, а где-то добровольно-принудительный. Ушел в прошлое анархический интернет 90‑х—начала нулевых, когда большинство пользователей скрывались за придуманными никнеймами вроде fat_troll666. В 2010 году, выступая в Сан-Франциско, основатель Facebook Марк Цукерберг провозгласил «конец эпохи анонимности». «Конфиденциальность больше не является социальной нормой, — сказал он. — Людям стало более комфортно делиться информацией разного типа и быть более открытыми». Да, несомненно, часть людей удовлетворили с помощью соцсетей свое желание быть более открытыми, у кого-то граничащее с психологическим эксгибиционизмом. Когда на всеобщее обозрение выкладывается любая пришедшая в голову мысль, а также подробные отчеты про поход за покупками или фото еды (так называемый food porn). Ради возможности получить 15 минут славы и собрать больше «лайков», люди готовы добровольно делать личную информацию достоянием общественности. А с лавинообразным ростом популярности соцсетей и проникновением во все сферы жизни, остаться вне их практически невозможно. Личные страницы просматривают HR-менеджеры перед собеседованием, банковские эксперты перед выдачей кредита, новые знакомые перед походом на свидание. Ваши коллеги и соседи выкладывают всю информацию про себя, а Вы еще нет? Вам есть что скрывать? Хочешь — не хочешь, а отказаться от анонимности и залогиниться придется всем. Но это уже нельзя назвать добровольным выбором.

Адептам открытости вторят и специалисты по сетевой безопасности. «Анонимность — главная уязвимость всей сети интернет, — говорит Евгений Касперский. — Любой пользователь всемирной паутины должен быть точно идентифицирован». При этом забывается, что таким образом исчезнет право свободно высказываться в странах, где с этим проблемы, жертвам или свидетелям преследований. Например, за публикации на Facebook арестовывались граждане Саудовской Аравии, Египта, Сирии. Социальную сеть блокировали в Китае, Иране, Пакистане и Узбекистане. После событий Арабской весны, движения «Оккупируй Уолл-стрит», беспорядков в Лондоне, протестов на стамбульской площади Таксим, правительства всех стран убедились, что люди могут самоорганизовываться через интернет. Соответственно, мониторить и регулировать будут жестче. Здесь интересы интернет-бизнеса и государства совпадают — все должны быть в сети с цифровым паспортом и полным набором личных данных.

Популярный аргумент «мне нечего скрывать» подробно разобрал Дэниэл Солоув, профессор права университета Джорджа Вашингтона. В своей книге «Нечего скрывать: ложный компромисс между конфиденциальностью и безопасностью», он пишет, что повторяющие эту фразу неверно понимают проблему. Нас пытаются убедить, что скрывают что-то только мошенники и киберпреступники, а все остальные должны делиться всей информацией и быть открытыми, как на ладони. Здесь как будто начинает действовать презумпция виновности — докажите, что вам нечего скрывать. Однако конфиденциальность, защита личной информации — такое же неотъемлемое право, как и защита своего жилища (физического личного пространства). Сюда же относится право на невмешательство в частную жизнь или на тайну корреспонденции. Никто не любит, когда подглядывают в окна или подслушивают, независимо от того, есть ли что скрывать — так почему в публичном сетевом пространстве надо делиться личными, финансовыми данными или, например, информацией, касающейся здоровья. К тому же, когда неизвестно, кто и как будет в итоге использовать все эти данные. Профессор Солоув пишет, что ситуацию можно сравнить даже не с тотальной слежкой в антиутопии Оруэлла «1984», а с «Процессом» Франца Кафки. Когда на каждого собирается досье, существующее где-то в недрах бюрократической машины, но что в нем и как оно будет использовано — неизвестно.

Несмотря на существование анонимайзеров, VPN-сетей, способов шифрования данных, сети TOR, позволяющих сохранять какую-то степень анонимности, специалисты уверены в ее постепенном вымывании из интернета. Слишком много крупных игроков заинтересованы в том, чтобы сорвать маски с лиц пользователей. Майкл Фрумкин из университета Майями считает, что интернет переживает третью крупную волну регулирования, после которой оставаться анонимным станет практически нереально. Интересно, как это будет сочетаться с ужесточающимися правовыми нормами по защите личных данных (например, Законом Украины «О защите персональных данных» или Конвенцией Совета Европы №108).

Как бы там ни было, стоит помнить о том, что наши цифровые следы никуда не деваются и при необходимости будут использованы.

Александр Москаленко

Последние новости раздела