Год освобождения Одессы: история девяностой одесской школы

Год освобождения Одессы: история девяностой одесской школы

10 Апреля — день Освобождения Одессы — большой праздник для каждой одесской семьи. Помимо этого, в апреле особенный праздник ожидает учащихся и работников ряда школ, которые были восстановлены после освобождения. К большому торжеству готовится и коллектив школы №90 имени А. С. Пушкина, которая находится в начале Большой Арнаутской улицы. Безусловно, такое значительное событие не остается без концерта, поздравлений сегодняшних учителей и ветеранов педагогического труда, без встречи выпускников разных лет, которых судьба разбросала по свету — от США до Австралии.

Почти не осталось людей, которые вошли в стены школы в апреле 1944 года. Но, к счастью, остались немые свидетели тех далеких дней — архивные документы, к которым я и обратился.

Готовя материал об этой школе, я ознакомился с архивными документами самой школы №90, Государственного архива Одесской области, архива Департамента науки и образования Одесского городского совета.

Итак, первое послевоенное упоминание о школе под номером девяносто появляется впервые в Актах ущерба, нанесенного пребыванием в Одессе оккупантов. 19 апреля тогдашний директор школы, очевидно, самый первый, Д. Д. Герасименко подписал такой акт по итогам обследования школы №90, прописанной в 1944 году по улице 10‑летия Милиции, 37.

За время оккупации здание школы, разрушенное на 15%, требовало, по оценке комиссии, среднего ремонта. Что касается оборудования кабинетов, то здесь ситуация было гораздо серьезней. Фашистами было уничтожено оборудование физического кабинета на сумму 7000 рублей, химического кабинета — на 5000 рублей, учебные пособия кабинета биологии — на 3000 рублей, кабинета географии и истории — на 4200. Кроме того, школа лишилась киноаппарата с экраном, инструментов столярной мастерской, книг и оборудования библиотеки на сумму 24,5 тысячи рублей. В итоге, общая сумма убытков учебного заведения составила 211450 рублей. Чтобы осознать масштабы ущерба, достаточно сравнить его с окладом учителя школы, который в то время составлял 650‑700 рублей, в зависимости от предмета.

22‑ым апреля датируется еще один не менее интересный документ — таблица комплектования классов школы №90 с русским языком обучения учащихся. Из нее следует, что в школе было создано два первых класса, а также по одному — со второго по седьмой. Тогда в школе за парты село 232 ученика, при этом в седьмом классе было только 10 ребят, а в шестом — 14.

8 мая 1944 года был составлен еще один отчет о контингенте учащихся школы, в который были добавлены сведения о посещаемости. За период с 22 апреля по 8 мая в четвертом классе обучалось 43 человек (в апреле — 26), а в седьмом классе было уже 14 учеников, из которых, правда, занятия посещала ровно половина.

Между актами об ученическом и педагогическом контингенте школы «затерялся» еще один документ. Это приказ Отдела образования от 3 мая 1944 года о назначении директором школы уже упомянутого Д. Д. Герасименко. Однако, каких-либо сведений о его личности найти так и не удалось.

В первые дни и даже месяцы после освобождения города учителя и директора одесских школ частенько переходили работать из одного учебного заведения в другое. Не обошла стороной эта тенденция и школу на улице Троицкой.

Когда в городе вопросы просвещения приобрели более-менее упорядоченный вид, в школах появились книги приказов. В архиве школы есть самая первая книга приказов, первый из которых датирован 10 июля 1944 года. Согласно документу, первым директором школы, чья фамилия содержится в приказе о назначении на должность, была Евгения Леонтьевна Лапчинская. Именно она 10 июля 1944 года подписала приказ №1 о том, что в этот день приступила к исполнению обязанностей директора средней школы №90 на основании назначения Областным отделом народного образования. До этого Евгения Леонтьевна в течении непродолжительного времени — с 15 июня 1944 года — была директором школы №3.

Евгения Леонтьевна была опытным педагогом и руководителем. В 1918‑1919 годах она была заведующей начальной школы села Грушевки Ананьевского уезда. Проработав несколько лет учителем химии, она снова стала руководить школой. В августе 1933 года ее назначили директором школы №4. В годы войны, находясь в эвакуации, Евгения Леонтьевна также возглавляла ряд школ в Воронежской, Саратовской областях, в Туркмении. Она была одним из первых учителей, которые вернулись в родной город после его освобождения.

О Евгении Леонтьевне говорили и продолжают говорить только самое доброе. По словам учеников первых послевоенных наборов, школа для нее была вторым домом. Вдоль лестницы бережно расставлялись вазоны с цветами, за которыми Евгения Леонтьевна следила сама.

К внешнему виду девочек директриса относилась достаточно строго (в те годы почти все школы были либо мужскими, либо женскими). Никакой косметики, никаких украшений. Строгий вид при этом неизменно сопровождали белые банты.

Выпускники видели в Лапчинской высокообразованного человека, который понимает проблемы и нужды каждого. Именно человеческое отношение к людям, умноженное на профессионализм, позволили стать Е. Л. Лапчинской депутатом городского и областного совета нескольких созывов. Кроме того, в первые годы после войны ее труд был также отмечен самой высокой наградой Родины — орденом Ленина.

Как и большинство школ города, 90‑я распахнула свои двери ученикам и в первом полном учебном году. Приказом Областного отдела образования от 8 сентября был укомплектован штат школы в составе 18 учителей, у многих из которых присутствовал довоенный стаж работы.

Среди таких учителей была и Валентина Васильевна Мокан. Окончив народное училище в Вятской губернии, Валентина Васильевна начала свою трудовую деятельность в 1914 году учительницей начальной школы в Сарапульском уезде. Затем с 1916 по 1920 годы она работала в школах Яранского уезда. После этого Валентине Мокан выпала честь учиться в одном из самых престижных заведений России — Петроградском государственном университете, который она окончила в 1924 году.

После окончания вуза Валентина Васильевна поехала работать в школу второй ступени города Советск Яранского уезда. Проработав два года в Советске, она с семьей переехала в Одессу, где до 15 октября 1941 года преподавала математику в школе №4.

В 1930 году у Валентины Васильевны умер муж. На попечении вдовы осталось двое детей, которые вместе с ее сестрой и матерью жили с ней до самого 1941 года.

Когда немцы окружили Одессу непроницаемым кольцом, Валентине Васильевне удалось отправить сестру и детишек на «большую землю». Сама же она осталась в осажденном городе присматривать за больной матерью.

Во время черных дней оккупации, учительница Мокан большей частью занималась шитьем. Почему так вышло, сейчас трудно сказать. То ли у новых властей не было потребности в учителях, то ли она, подобно многим своим коллегам, сама не захотела работать на оккупантов. Как бы там ни было, а все 907 дней оккупации Валентина Мокан зарабатывала тем, что шила детские платья и продавала их на рынке.

В марте 1942 года Валентина Васильевна стала давать уроки латинского языка при школе, которая помещалась на улице Толстого, 3. Однако, вскоре учительница была уволена. Формально — по возрасту, а фактически — за «неблагонадежные разговоры», как впоследствии писала педагог в своей автобиографии. В итоге, пришлось вернуться к редким частным урокам, помогать людям по хозяйству, а также продавать старые вещи.

Впрочем, у Валентины Васильевны нашлось и другое занятие. Она оказывала помощь людям, которые были упрятаны фашистами в концлагеря. Квартира, где жила учительница, была явочной. Там собирались подпольщики, которыми руководил зять Валентины Мокан — М. И. Руденко…

Наступила весна освобождения. Уже 12 апреля Валентина Васильевна пришла на работу в школу №90 Сталинского района Одессы. Там ее определили учителем математики в 5‑7‑х классах, с которыми она проработала до 1957 года. 20 февраля Валентина Мокан была уволена из школы в связи с выходом на пенсию и… вернулась через 5 дней на ту же должность в ту же школу. Второй раз, уже окончательно, Валентина Васильевна ушла на пенсию 10 марта 1957 года.

За свои труды во время войны В. В. Мокан была награждена медалью «За доблестный труд в Отечественной войне 1941-1945 гг.». О ней также известно, что в 1952 году педагог была представлена к награждению высшей наградой страны орденом Ленина. В наградном листе стоят подписи всех уполномоченных лиц, от директора школы до начальника областного отдела образования…

Говоря о педагогах военного времени, хотелось бы также отметить еще одного человека — Анну Францевну Деканскую. Не имея возможности эвакуироваться из Одессы, Анна Францевна была вынуждена остаться в оккупированном городе. Будучи учительницей русского языка и литературы с дореволюционным стажем, в период оккупации ей удалось найти место в одесской начальной школе №26, где она вела третьи и четвертые классы. После освобождения Одессы, А. Ф. Деканская работала учителем сначала в школе №71, а с 10 сентября 1944 года — в школе №90.

Педагоги Е. Л. Лапчинская и В. В. Мокан, а также их коллеги по коллективу А. Ф. Виевская, С. Ю. Горбатая, А. Ф. Деканская и другие в далеком 1944 году вышли на уроки к детям мирной Одессы. В 1945 году они участвовали, как сегодня говорят, в спецпроекте, о котором я писал раньше. Но это было потом. А 1 сентября они начали тяжелый путь восстановления просвещения в послевоенной Одессе…

Виталий Орлов, член НСЖУ

Последние новости раздела